Вверх
Вниз

Проект "ЛИС"

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Проект "ЛИС" » Главные пещеры Альянса Горного Рассвета » [Эпизод 6] Здравствуй, взрослая жизнь!


[Эпизод 6] Здравствуй, взрослая жизнь!

Сообщений 1 страница 9 из 9

1

Время и место действия:
Последние сутки августа, утро
Главные пещеры Альянса Горного Рассвета, каменная площадка
Роли:
Рокот,  6 лун;
Таволга,  5 лун;
Мыс, 6 лун.
Очередность постов:
Таволга » Мыс » Рокот
Описание эпизода:
Детство имеет множество плюсов: не нужно думать о крове, пропитании, заводить новые знакомства и всё время что-то доказывать окружающим. Не нужно бороться за место в альянсе, тревожно поглядывать в небо при малейшем шорохе и мерзнуть холодными ночами в дозоре. Знай себе - ешь, учись и играйся с братьями и сестрами, изредка получая нагоняи от родителей за своё неподобающее поведение. Взросление в семье - некая прелюдия жизни в лисьем сообществе. И оно достаточно необременительно, чтобы лисята, которым уже осточертели родные пещеры и постоянные нравоучения, наивно считали, что все эти повседневные проблемы им по плечу, горы по колено и орлы на один зуб.
Однако, когда приходит пора столкнуться с этими проблемами нос к носу, далеко не все в состоянии сохранить тот же бодрый настрой, взять себя в лапы и приготовиться к самому важному этапу в своей жизни - переселению в главные пещеры, откуда в скором времени они должны будут отправиться в далекое путешествие - в свой первый дозор.
Лисы собираются со всей округи. И взрослые, и молодняк - семьи распались, и теперь все они вновь могут жить в своё удовольствие. Те из них, что едва отметили свой пятый-шестой месяц жизни, стремятся как можно скорее узнать всё и обо всех. И разведать лучшие места перед завтрашним вечерним сбором.

0

2

Мать и отец привели их к пещерам ранним утром. Еще сонные Мятлик и Таволга еле-еле волочились за родителями, тяжело переставляя такие непослушные спросонья лапы. Однако утренняя прохлада, которая так свойственна последним дня лета, вскоре привела лисят в чувство. Надо же, ведь сегодня такой знаменательный день – день их Взросления.
Странное слово. Понять бы еще, что оно значит?
Таволга с интересом вертела головой, беззастенчиво разглядывая встречавшихся им по пути лисиц. Родители приветствовали встречных вежливыми кивками, а вот на лисят случайные прохожие не обращали никакого внимания. Впрочем, Таволге сейчас это было совершенно не важно. Она билась над новой задачкой – разгадать смысл этого дня и в полной мере насладиться самостоятельностью.
У Главных пещер лисиная семья распалась. Родители дали детям традиционные напутствия и повернулись к лисятам спинами. Почти сразу же мать и отец разошлись в разные стороны, заприметив среди толпившихся у пещер лис своих друзей и знакомых. А Таволга и Мятлик впервые в своей жизни остались совершенно одни.
Устроившись в сторонке, брат и сестра с нарастающим любопытством следили за окружающими. А молодые семьи все приходили и приходили. Больше всего Таволгу интересовали другие лисята – они казались ей больше и старше ее самой. Покинутые родителями, лисята пока продолжали держаться своих братьев и сестер, образуя маленькие группки, которые в основном, жались к стенам пещер. Таволга и сама пока не рисковала покидать брата. Уж слишком много лис было у пещер, тут легко потерять Мятлика, да так, что потом и хвоста не найдешь.
-Эй, а давай подойдем к кому-нибудь? Ведь новых друзей сидя на месте, не заведешь, - обратилась Таволга к брату. Мятлик, похоже, не пришел от ее предложения в восторг. Лисенок выглядел неважно, и Таволга пока не знала, что же так на него повлияло.
-Давай пока подождем, - предложил брат. – Может, вскоре здесь не будет толпиться столько народу?
Тави так не думала, но на этот раз решила согласиться с братом. Она важно кивнула и вновь принялась наблюдать за ближайшей группкой лисят. Малышке не терпелось подойти к ним – ей казалось, она легко найдет с ними общий язык. Однако брата нужно держаться. Странное поведение Мятлика ей не нравилось. Лисенок как-то весь поник и легонько подрагивал. Но спрашивать, что же с братом, Тави не стала. Упрямец все-равно ни за что не признается.

0

3

Рассвет. На свете нет ничего прекраснее, чем наблюдать за наступлением утра.
Серое, неприветливое, нависшее грозной тенью над землей небо, словно сова, готовящаяся напасть на беззащитную мышку, безуспешно пытающуюся спрятаться в зеленой траве, и густой белый туман, окутывающий территории горных лис, сливаются в одно целое, пряча за собой великолепные ландшафты дикой природы. Видны только огромные тени скал, похожие на древних чудовищ, некогда населявших эту планету. Вокруг царит тишина, и ни маленький зверек, ни большой хищник не осмеливаются нарушить ее.
Но вдруг из-за горизонта показывается тоненький лучик света. Он освещает только крошечный кусочек неба, а природа уже начинает кардинально меняться. Небо теперь не выглядит так хмуро, оно постепенно голубеет - расползаются тучи. С появление второго солнечного лучика, рассеивается туман, стелющийся по земле плотной пеленой. Третий луч и вовсе прогоняет последние воспоминания об уходящей ночи, заставляя все живое просыпаться. Некогда серые и мрачные скалы теперь уже блестят от росы в утреннем свете, словно усыпанные стразами. Горная речка бурлит, разбивая волны о каменистые берега, как бы приветствуя новый день. И вот уже первый орел кружит в небе, рассекая воздух своими могучими крыльями и оповещая всех о наступлении утра. 
Но не одни "небесные жители" смогли проснуться в такую рань. Маленькая фигурка юного лиса уже сидела перед входом в тоннель, вжимаясь в скалу, которая спасала его от холодного утреннего ветра. Мыс довольно давно "подпирал"здешние камни своим телом, и его лапы уже успели закоченеть, но тем не менее он не решался пошевелиться. Его мысли были заняты размышлением о былых временах и дальнейшей судьбе. Лис только что закончил обучение и готовился к прохождению обряда инициации. Но был ли он готов к этому?
Теперь он уже не тот маленький лисенок, бегающий по пещере в ожидании матери, которая всегда приносила что-нибудь вкусненькое, а взрослый лис, способный сам себя прокормить (по крайней мере так говорил отец в последнее время, когда хотел сам насладиться пойманной полевкой). До самостоятельной жизни ему оставалось еще несколько шагов. Шагов по тоннелю, на другом конце которого располагался вход в Главные пещеры Альянса Горного Рассвета. И казалось бы, это не так уж сложно. Но это только казалось. Мыс считал, что он еще не готов к отдельной жизни, не готов к таким переменам, ему хотелось развернуться и бежать в дом, где вырос, зарыться носом в пушистый бок матери и пролежать так следующие несколько лун. Но совесть не позволяла ему это сделать. Ведь только вчера лис видел с какой гордостью на него смотрели родители, отправляя сына во взрослую жизнь, как сильно сияли их глаза, наполненные радостью. Нет, Мыс не мог позволить себе их огорчить. Выходит теперь путь для него был только один.
Лис медленно встал, разминая затекшие лапы, стряхнул с себя капли росы и посмотрел в сторону зияющей черной дыры в скале, по дну которой бежал ручей.
Соберись, тряпка! - приказал себе Мыс, глубоко вздохнул и направился ко входу в тоннель.
Солнце уже почти полностью вылезло из-за горизонта, роняя лучи света на раскинувшиеся внизу горы, а белоголовый орел тащил пойманную добычу в свое гнездо.

+1

4

Всю прощальную речь Рокот прозевал с попеременным посапыванием на на спине брата. Тот был мягким, теплым и не отличался усердием и особой активностью, а потому не уследил, как было велено, что к ним дважды обратились по именам, а теперь угрожали жестокой семейной расправой.
«Мы уже большие», - проговорил лисенок на наречии, смутно напоминающем завывание ветра, и, когда зевота прошла, звонко клацнул зубами.
«А ведете себя до сих пор, как дети малые. Отец, подтверди». - Атаман бросил рассеянный взгляд на свой выводок и послушно подтвердил сказанное супругой. Мыслями он был явно где-то далеко от домашнего тепла, а потому не стал как обычно рассуждать о достойном и недостойном поведении детей - только сказал что-то о том, что они сами себе хозяева.
«Ну всё, даже папочка нас не опекает больше, - с напускной горечью прошептала одна из лисичек. - Пришла нам пора уходить...»
Остальные поддержали этот шутливый тон и еще пару минут чинно прощались друг с другом. А потом еще столько же прощались по настоящему, обменивались какими-то незначащими словами и собирались у выхода. Рокот, уже видевший себя победоносно выходящим из пещеры, вовсю предавался сладостному моменту своего наступающего триумфа, но в шаге от цели был грубо схвачен при попытке к бегству.
«А ну-ка постой, молодой дозорный! - лисица притянула сына к себе и критично оглядела. - Опять шерсть взъерошил? Вот выпущу тебя такого наружу, и что обо мне подумают? Во взрослую жизнь заморыша какого-то отправила? Или благородного и статного лиса?»
О том, что Рокот при своих нынешних габаритах на заморыша тянуть мог лишь с невероятно большой натяжкой, она решила даже не задумываться, и стала приглаживать шерсть у сына с макушки и до самой спины, что ему никогда не нравилось - он видел себя эдаким грозным бойцом, а не белоснежной шерстяной сосулькой.
Пытаясь обрести такую близкую свободу, Рокот буркнул недовольное «Ну, мам!», но был-таки вылизан, и лишь после этого выставлен из пещеры с напутствием не трепать шерсть хотя бы первые пару минут.
Эх, если бы она еще понимала, насколько же у него теперь дурацкий вид...
Приводить себя во что-то, более соответствующее составленному образу, пришлось уже снаружи.
«Заморыша...да я прекрасен!»
В скромности уличить лисенка было проблематично. Отчасти это заслуга их родителя-атамана с широкими взглядами на воспитание детей, но немало досталось ему и от природы. А что досталось от природы - всё его, не поделится.
Еще одна важная прелесть воспитания в семье атамана заключалась по мнению Рокота в том, что ему не нужно было сейчас топать по вечно заснеженной пустыне по уши в снегу, а то и глубже, дабы добраться до главных пещер - он и так в них жил. Знал едва ли не каждую расселинку. Каждый закуточек. Каждый камешек. И в данный момент изо всех сил крутил головой из стороны в сторону, пытаясь понять, не изменилось ли здесь чего пока он спал.
Пари брату он всё же проиграл.
Изменилось.
Вокруг толпилось, ходило, ползало, прыгало, перекрикивалось и общалось просто невообразимое количество лис. Лисенок, привыкший за прошедшее лето считать, что уж он то знает едва ли не всех местных обитателей, впервые допустил мысль о том, что был плохо проинформирован о численности Альянса. На какое-то время у него закралось подозрение, нет ли ошибок и в других, не менее важных, данных, которыми он владеет, но в лучших традициях самоуверенного пофигизма сразу же посчитал эту мысль недостойной и поскорее забыл.
Вместо этого он бросил последний взгляд на свою родню, неспешно расходящуюся по своим делам, и решил приступить к выполнению тщательно продуманного плана, который он холил и лелеял последние месяца два. Перво-наперво там значилось знакомство с новенькими.
Рядом как раз пробегали лисята, весело щебеча что-то невообразимо глупое о предстоящем дозоре. Рокот тут же увязался за ними и пару раз всё-таки влез в разговор - кто еще сможет рассказать им столько важного и полезного, как не он? В ответ они представились и рассказали о каком-то захолустье на юго-западе территорий, где прожили шесть месяцев жизни. Рокот им искренне посочувствовал и вскоре отстал - путь ему преградил кто-то из старших. Увернувшись от неминуемого столкновения, лисенок шмыгнул в чью-то нору, но спустя пару секунд уже вновь оказался на морозе, от ушей до хвоста политый отборной бранью местного жильца.
Лисята за этот краткий промежуток времени успели куда-то умчаться, но Рокот даже не обратил на это внимание, а стал выискивать следующую жертву. Внимание привлекла молчаливая парочка, сидевшая чуть в стороне.
«Отличный окрас, - Кивнул он на забавные пятнышки, разбросанные по их шкуркам. - Я Рокот».

+1

5

Засидевшаяся Таволга уже начала пританцовывать на месте от скуки. Мятлик же, кажется, серьёзно вознамерился вздремнуть, что его сестру немало возмущало. Как можно спать в такой ответственный момент? Или утро? Тем более что тут довольно прохладно. Или брат рассчитывает, что Тави составит ему компанию?
Но тут на ее счастье, откуда ни возьмись рядом появился лисенок. По мнению Таволги – настоящий взрослый, хотя она и смутно осознавала, что отстает от всех остальных лисят лишь на одну луну. Это малышке не понравилось, и она даже оглянулась в поисках какого-нибудь валуна, чтобы взобраться на него и смотреть на пришельца сверху вниз. Но ничего подходящего поблизости не наблюдалось, разве что Мятлик…
-Ззздрассте, - протянула Тави, незаметно, как ей показалось, подбираясь поближе к брату. Тот же, похоже, смекнул, что задумала сестрица, и тут же выпрыгнул вперед, оказавшись почти перед самой мордой Рокота.
-Нда, есть чем гордиться,- заявил Мятлик, высоко задрав носик. И, хотя его шкурка пятнышек не имела, он решил принят похвалу на свой счет. Чего, естественно, Таволга ему позволить не могла.
- Ты на мои пятнышки рот не разевай! – возмутилась она, пихая брата в бок. – Ишь ты. Такие же захотел?!
Раньше ее шкурка была лишь причиной насмешек со стороны брата. Теперь же, глядите, он ими хвалиться!
-Таволга, - представилась лисенок, элегантно. Как ей показалось, взмахнув хвостом. Ей тоже очень хотелось произвести приятное впечатление на ее первого знакомого. Хвост был тут же атакован братом, и Таволга была вынуждена отпрыгнуть в сторонку.
-А я –Мятлик, - задорно ответил ее брат. – Мы тут же давно, успели, наверное, всех-всех увидеть. А ты давно сюда пришел? Вид я тебя такой… приглаженный.
И лисенок тихонько хихикнул.
-Белюткий, аж жуть! – заявила Таволга, обходя Рокота сбоку. –Мне даже смотреть больно, почти светишься. Мама говорила, так бывает, если на снег долго смотреть. Почему тебя Снегом не назвали? Рокот. Это как что?
-Это как в пузе рокочет, когда есть хочется, - тут же отозвался Мятлик, заходя с другого бока лисенка. – Наверное, он самый в семье прожорливый.

0

6

Мыс шагал по тоннелю с высоко поднятой головой. Но голова его была направлена вверх вовсе не из-за гордости, которую лис, казалось бы, должен испытывать в такой знаменательный момент. Нет. Сейчас он больше испытывал смешанные чувства радости и печали, страха и волнения. Еще пять минут назад он прощался со своим домом, с прошедшими днями, унесшими с собой счастливые моменты детства, а теперь буквально через эти же пять минут состоится знакомство с новой жизнью, будущими друзьями, грядущими обязанностями...
Но вернемся к голове.
Даже не смотря на переполнявшие его чувства, отдававшиеся дрожью в лапах и, как следствие, неуверенной походке, морда Мыса крутилась во все стороны, пытаясь рассмотреть "удивительнейшее чудо природы" - тоннель. В отличие от горных троп, ходьба по которым являлась сущим наказанием, гладкие сводчатые стены и пол для лап казались мягкой ковровой дорожкой, приятно охлаждающей саднящие подушечки (разумеется к такому времени года, как зима, это не относилось, ведь охлаждать и без того окоченевшие лапы по меньшей мере не разумно). Сталактиты и сталагмиты, растущие с потолка и из пола, местами сливаясь вместе, придают некую таинственность и величие данному архитектурному сооружению (тоннелю), создателем которого является сама мать-природа. Ручей, текущий по дну тоннеля, отражая те немногие лучики света, проникающие с улицы, бросает на стены веселые игривые зайчики, создавая особую атмосферу. Именно так все и видел впечатлительный лис.
Но, как ни крути, все хорошее рано или поздно заканчивается, так и тоннель подошел к концу, не успев начаться, а дрожь в лапах лиса стремительно увеличивалась в геометрической прогрессии. И вот уже Мыс стоит на краю озера, а перед ним расстилается Каменная площадка, усыпанная лисами, как земля покрывшаяся опавшими листьями в осеннем лесу.
"..." - примерно такие мысли посетили светлую голову лиса в тот момент, когда в его поле зрения попали все собравшиеся члены Альянса. Если вкратце, то он просто был в шоке от такого количества населения.
"Ну и кто сказал, что горы малообитаемые?.."
Обычно, когда родители рассказывали о Каменной площадке, Мыс представлял себе огромный пустырь, выстланный серыми невзрачными камнями, среди которых редко пробивались зеленые росточки горных трав. На середине небольшое озеро с невероятно чистой и прохладной водой, посмотрев в которое можно увидеть свое четкое отражение. Представлял, как здесь тихо и спокойно, как свободно гуляет ветер, поднимая в воздух многолетнюю пыль, и как хорошо наблюдать отсюда за садящимся солнцем. Но сейчас перед Мысом предстала абсолютно иная картина. Пушистое покрывало, созданное телами горных лис и сочетающее в себе белый и все возможные оттенки серых цветов, укрывало собой всю площадку.
Да, это оказалось большой неожиданностью для лиса, но, подавив приступ паники, он все же направился вглубь толпы, надеясь найти кого-нибудь знакомого. Пройдя несколько метров, наступив на пару хвостов и узнав про себя несколько новых фактов, ему удалось заметить одного знакомого лиса, жившего по соседству. Но как это всегда бывает не вовремя, Мыса снесла с места кампания мелких лисят, в результате чего он не только потерял из виду бывшего соседа, но и, запутавшись в своих собственных лапах, нелепо упал на землю. Больно ударившись о камни, лис застонал и, чуть приподнявшись, начал растирать ушибленный нос. Только почувствовав на себе чужой взгляд, Мыс поднял глаза. На него смотрели три пары удивленных глаз, принадлежавших лисам, к чьим лапам он только что упал, прервав их беседу.
- Привет, - смущенно улыбаясь, сказал он.

+1

7

Парочка отреагировала именно так, как ожидал Рокот от нездешних - лисичка, своими размерами уступавшая самой мелкой сестренке Рокота, неуверенно попятилась куда-то назад, словно ожидала, что он, «вот умора!», будет её есть. Её брат, наоборот, напыщенным индюком вышел вперед и так надулся от важности, что хотелось ткнуть в него чем-нибудь острым и выпустить весь воздух.
«Да ты, белый, я смотрю, просто от хвоста до ушей ими покрыт.» - Покосился он чистенькую шкуру лисенка, лишенную хотя бы пары этих маленьких пятен. Как Рокоту показалось, тот нисколько не смутился. Но толчок в бок и возмущения сестры всё же сумели поколебать если не его самомнение, так хотя бы тело, отчего лисенок отшатнулся в сторону, а она сама решилась познакомиться.
«Таволга? Как пушистая трава?»
Лисенок видел цветы таволги в начале лета, когда родители начали водить их всё дальше от пещер. Они были красивые, но очень странно пахли. Настолько странно, что малыши дружно расчихались и попадали, а потом и вовсе ходили с кружащимися головами и не в состоянии взять даже простенький след. Рокот решил, что эта Таволга такой угрозы не несет.
«Ты лучше пахнешь.» - Ответственно заявил он, когда слово вновь решил взять её брат.
«Мы тут же давно, успели, наверное, всех-всех увидеть. А ты давно сюда пришел?»
«Вообще-то я тут...» - перебил он его и собрался было рассказать о своем месте проживания, но Мятлик не поддался.
«Вид я тебя такой… приглаженный.»
Рокот дернулся от его хихиканья и быстро осмотрел себя.
Да, трагедия нагрянула внезапно и именно тогда, когда её меньше всего ждали. Прилизанная матерью шерстка так и осталась уложенной, несмотря на все его старания и беготню по площадке. Лисенок неуверенно улыбнулся и постарался незаметно взъерошиться. Сделать это у него не получилось, отчего он смутился еще больше. А Таволга тем временем уже обходила его наименее красивый бок, в результате чего он начал также поворачиваться, лишь бы не показать ей это ухоженное безобразие.
«Почему тебя Снегом не назвали?»
«Потому что Снег мой брат.» - Буркнул он в ответ.
«Рокот. Это как что?»
«Это как в пузе рокочет, когда есть хочется»
Если притязания Таволги на его внешний вид он мог счесть комплиментом, то подобные слова от лисенка, достававшего ему едва ли до подбородка, Рокот вынести не мог. И не хотел.
«Я в семье самый сильный и самый большой, - выдернул он хвост из под лапы Мятлика, едва на него не наступившего. - И ем я столько, сколько мне надо. Вот еще вырасту и смогу даже орла завалить, если захочу.»
Посчитав, что вынес весомый аргумент, Рокот отказался от повисшего на языке упоминания их собственного размера и сменил тему разговора.
«Если вы тут давно, то должны были и в пещеры заглянуть? Я то их все-все знаю. И те, где предводитель живет.»
То, что Рокот знал их местоположение, не говорило о том, что он в них бывал. Просто это было единственное место, откуда его с завидной регулярностью шпыняли взрослые или перед проходом в которые его обычно отлавливал отец, устраивая хорошую взбучку. Что интересовало в тех краях лисенка - там всегда было подозрительно тихо. По крайней мере тише, чем сейчас в округе, когда всюду кишели лисы. И спокойнее, чем то, что творилось в данное мгновение в непосредственной близости от них самих.
А творилось падение. С разъезжающимися лапами, полной дезориентацией и смачным грохотом. Если бы не произведенный шум, лисенок, смотревший абсолютно в другую сторону и не ожидавший вторжения, ни за что бы не спас передние лапы от участи быть придавленными.
«Эй, дружище, - обратился он лежащему, - ты с какой вершины скатился?»
И довольный своей шуткой самостоятельно же звонко и беззлобно рассмеялся.

+2

8

-Как пушистая трава. Белая, вокруг которой всегда пчелы жужжат, - Таволга прищурилась от удовольствия.
Она-то оную траву никогда не видела. Но мать посвятила ее на этот счет, так же. Как и на счет происхождения имени ее брата. Луговой мятлик Таволге был знаком, приятная травка, бодренько-зеленая. И бегать по ней мягко, а как чудесно играть с метелками-цветоносами.
Мятлик вот был не всегда так же приятен, как одноименное растеньице. И все же казался Тави чем-то привычным и неотъемлемым, как зеленеющая по весне молоденькая травка.
-Ой, не надо нам уши жевать! – не дождавшийся похвалы в свой адрес Мятлик решил, видимо, затеять с новым приятелем потасовку и уже активно нарывался. – Орла он завалит, ага. Небось, как мышку побольше увидишь, так уже верещишь словно дев…
Таволга оскалилась и пронзительно тявкнула, не давая брату закончить. Мятлик умолк, так и не договорив. Посмей он только заявить, что только девчонки пугаются мышей, как Тави с удовольствием поведала бы Рокоту историю о том, как один серенький лисенок все боялся приблизиться с полудохлой мышке, которую притащил с охоты отец.
-Спорю на синицу, что ты орла и не видел никогда. Родители говорили, они огромные, как две лисы, а когти их камень крошат– такие острые,  - Таволга перешла на заговорческий шёпот. Глаза ее расширились от ужаса и восторга. Ей очень хотелось посмотреть на орлов, но в тоже время она помнила об опасности, что несут крылатые птицы.
-А сколько у тебя братьев и сестер? И почему их нет рядом с тобой? – начала допрос Таволга. Ей-то казалось, что лисята из одной семьи просто обязаны держаться вместе. Малышка и не представляла, что может отправиться на испытание без брата, шагающего рядом с ней.
-Пещеры знаешь? – тут же заинтересовался Мятлик. Ему родня Рокота была ни к чему. – Неа, мы туда еще не ходили. Пошли, а? А то тут целый день сидеть скучно.
Лисенок уже и позабыл, что минуту назад держал Рокота за своего неприятеля.
Но отправиться в увлекательную экскурсию лисята не успели. Прямо к ним выкатился белый шар, который при ближайшем рассмотрении оказался еще одним лисенком. Тави так позабавил этот «шарик», что она решила проделать фокус, которому ее обучал отец. Высоко подпрыгнув в воздух, она обрушилась на незнакомца, словно на мышь. Вскочив лисенку на спину. Она тут же ухватила его за ухо и победно захихикала.

0

9

Прищуренные глаза, вопросительный взгляд и слегка приоткрытая пасть, застывшая в немом вопросе, на лицах еще недавно спокойно беседовавших между собой лисят - все говорило о том, что они были немного удивлены свалившейся к их лапам невесть откуда белоснежной тушке лиса. Эффектное появление, нечего сказать. Возможно, где-то в глубине души Мыс хотел, даже мечтал о том, чтобы на него обратили хоть какое-то внимание, например, поговорили, спросили, как он чувствует себя, впервые оказавшись один, без опеки своей матери и рядом визжащих братьев и сестер, но никак не отправили с легкого толчка в изящный полет с элементами очистки земли от прилипшей к ней пыли десятилетней давности. Но ведь и это оказалось не все: Мыса угораздило прибиться волнами суетившихся взрослых лис к берегу, а точнее к лапам, небольшой кучки собравшихся лисят. И теперь он лежал, не зная, что делать дальше: встать и уйти будто ничего не произошло, убежать или попытаться все объяснить. А ведь утро так хорошо начиналось!
- Эй, дружище, ты с какой вершины скатился?
Мыс посмотрел на смеющегося лисенка, чью шутку он понял не сразу, отчего и решил ответить на поставленный вопрос.
"Вершины? Не уверен, что это была вершина, ведь я же сидел на той же площадке, что и эти лисята. Из этого выходит, что мы находились в одной плоскости, на одной поверхности. Но почему же тогда этот лис тогда сказал "с вершины"? Вероятно, он заметил, что я сидел немного выше их, если говорить о плоскости, параллельной земли. Точно! Он просто рассматривал нас в разных плоскостях и, следовательно, ответом на его вопрос будет…"
Мыс оглянулся назад, чтобы приметить то место, где совсем не давно находился, и, найдя его, повернулся обратно.
- С той, - твердо произнес лис, указывая хвостом направление, куда нужно было смотреть, и хотел было уже встать (смотреть снизу вверх на лисят было неудобно, да и в какой-то степени неприлично), как вдруг на него обрушилось нечто потяжелее предыдущего вопроса и вдобавок с особой, как ему показалось, наглостью чуть не откусило пол-уха.
-Эй!
Вложив в свой вопросительный взгляд как можно больше  осуждения, Мыс повернул голову назад. На его спине, весело и дружелюбно смеясь, сидела молоденькая лиса, посмотрев на которую, у него тут же исчез гнев, а на лице растянулась улыбка.

0


Вы здесь » Проект "ЛИС" » Главные пещеры Альянса Горного Рассвета » [Эпизод 6] Здравствуй, взрослая жизнь!